Сообщение Василевская » 10 янв 2009 18:21
4. Краткая история межэтнических проблем Малайзии, определение основных понятий темы
Что же является одной из основных социально-политических проблем Малайзии? В чем заключалась историческая ошибка, которая привела к этнической дискриминации и расовым волнениям 1969г.? Причины современных проблем несомненно зародились в прошлом. Межкоммуналистские мятежи 1969г. произошли не на пустом месте, а имели долгую историю возникновения. Почему два крупнейших этноса страны – малайцы и китайцы – оказались столь разобщенными и антипатичными друг другу? Существовала ли вообще когда-либо между ними гармония? Бывший премьер-министр Малайзии Махатхир Мохаммад, правивший страной на протяжении 22 лет, в своей знаменитой книге «Малайская дилемма» (1970) объясняет исторические корни современных проблем:
Еще до прихода в Малакку завоевателей-португальцев в 1511г. там уже проживало значительное китайское население. Однако отношения между пришлыми китайцами и малайцами были добросердечные. Это легко понять, так как китайское слабое меньшинство никогда не стало бы провоцировать малайское сильное большинство. Таким образом, китайцы, постоянно проживавшие в Малакке, частично ассимилировались и перешли на малайский язык. Конфликтов на межрасовой почве почти не происходило.
С приходом в Малакку европейцев (португальцев в 1511, голландцев в 1641г. и, наконец, англичан в 1824г.) стала увеличиваться иммиграция индийских и китайских рабочих. Временный характер их проживания в стране (рабочие приезжали в Малайю на 3-5 лет на заработки, после чего большинство из них уезжало на родину) не способствовал их приобщению к культуре и обычаям малайского населения.
Индийцы работали в основном на плантациях, были низшими чиновниками: китайцы трудились в рудниках, портах, на стройках и занималось торговлей в городах; большинство же малайского населения проживало в деревнях и занималось традиционным сельским хозяйством. Поэтому, во времена английского колониализма, малайцы даже редко встречали индийцев и китайцев. Расовых волнений не было, но, разумеется, не было и расовой гармонии. По мнению Махатхира, конфликтов не было так как не было удобного случая. Но именно тогда и «были посеяны семена будущих межрасовых противоречий».
Последовавшая Вторая мировая война, а с ней японская оккупация Малайи лишь усугубили расовую разобщенность. Махатхир пишет, что значительная часть малайского населения была прояпонской, остальная же нейтральной. Местные китайские низы были непримиримо настроены против японцев, а индийцы, боровшиеся за свободу Индии и антибритански настроенные, поддерживали новый режим. Но уже к концу войны ситуация изменилась. Верхние слои хуацяо стали сотрудничать с японцами и получали от этого выгоду, малайцы же, не слишком полезные японцам, были забыты. Расовая разобщенность и даже взаимная враждебность были четко выражены.
Махатхир считает, что на момент возвращения англичан в 1945г. межрасовые противоречия и действия китайских партизан-коммунистов, вполне вероятно, вылились бы в кровавые конфликты, если бы британская администрация не предприняла жестких мер по их подавлению. Малайцы вновь стали поддерживать британскую администрацию, считая ее «патерналистской».
Но вскоре их иллюзии были рассеяны, когда британцы предложили дать равные права китайцам и индийцам при создании государства Малайского Союз. Махатхир пишет, что китайско-малайская неприязнь резко усилилась, но именно с этого времени, противоречия стали решать на государственном уровне. А поиск компромисса стал чертой национальной политики.
Хотя предложению англичан не суждено было осуществиться, оно отложило свой отпечаток на отношениях малайцев и немалайцев. Даже самые выдающиеся политики среди бумипутр не могли преодолеть враждебные настроения малайцев к пришлым. Так, основатель правящей партии Малайи монорасовой Объединенной Малайской Национальной Организации (ОМНО) Дато’ Джафар Онн был вынужден уйти из нее из-за неудачных попыток сотрудничества с небумипутрами, несимпатичными ОМНО.
Тем не менее эксперименты по сотрудничеству малайцев и немалайцев ОМНО под руководством Тунку Абдул Рахмана принесли успех на выборах 1955г., а вместе с этим и выгоду всем этническим общинам. Именно после этого в период всеобщей радости и, как пишет Махатхир, «неподдельной межрасовой дружбы» в1957г. была достигнута независимость. Только этот короткий период перед независимостью, считает он, можно назвать периодом расовой гармонии в Малайе. Все предыдущие взаимоотношения – это в лучшем случае лишь отсутствие конфликтов и обоюдная терпимость.
Однако, стоит заметить, что махатхировская «расовая гармония» и «межрасовая дружба» были построены на взаимовыгодном сотрудничестве. Это сотрудничество основывается на реализации «межобщинного соглашения».
Ни в Конституции Малайзии, ни в других законодательных документах не встречается определения понятия «межобщинное соглашение». Тем не менее, концепция такого договора между коммуналистскими общинами ясно следует из конституции: немалайцам, лицам неместным при ряде оговорок предоставляется гражданство (Статьи 14-18 Конституции Малайзии), а бумипутры получают «особые привилегии» (Статья 153 Конституции Малайзии).
Помимо этого, «межобщинное соглашение» включает в себя негласный договор, по которому право малайцев на ведущую роль в политике и административном аппарате не может оспариваться; в обмен на это малайцы не пытаются на равных соперничать с китайцами в экономике . Таким образом, малайцы обещали не национализировать и не реквизировать имущество богатых хуацяо.
Идентификация Малайзии с малайской культурой, оговоренная в конституции, также является одним из проявлений «межобщинного соглашения» и так называемым «планом действий малайцев» (“Malay Agenda”). В соответствие с ним Верховным Правителем Малайзии может быть только малаец-мусульманин (Статья 3 (1)); ислам является государственной религией (Статья 3 (1)), а малайский язык - государственным языком страны (Статья 152 (1)).
По словам директора Института малайского мира и цивилизации (ATMA) Национального университета Малайзии (UKM) профессора Шамсул Амри Бахаруддина, «план действий малайцев», охватывающий предоставление особых привилегий малайцам, предписанных конституцией, должен быть рассматриваем как способ «выживания нации».
Махатхир пишет, что атмосфера 1957г. была полна светлых надежд. Межнациональное сотрудничество и «межобщинное соглашение» - пусть четко не зафиксированные документально - были более или менее приемлемы для всех. Новое правительство имело широкую поддержку различных коммуналистских общин, оппозиция была слабой и разобщенной. Оставались свежи воспоминания о враждебных отношениях китайцев и малайцев на заключительной фазе японской оккупации, а потому правительство старательно избегало любые проявления расовых проблем. Кроме того, на нем лежала ответственность выполнять обязательства «межобщинного соглашения», данные при обретении независимости.
В книге «Малайская дилемма», Махатхир констатирует, что «власть испортила политически неопытную ОМНО». Люди, пришедшие к власти, получили высшие посты, народное доверие и свободу действий. Им стало казаться, что мнение критиков стало неважным, хотя накануне выборов они все же прислушивались к ним, чтобы остаться у власти.
ОМНО была создана с целью защищать интересы малайцев от китайцев. Махатхир полагает, что страх малайцев потерять свою ведущую политическую роль немного рассеялся в тот короткий период расовой гармонии перед и после провозглашением независимости. Требования уступок ИКМ (Индийским Конгрессом Малайи) и КАМ (Китайской Ассоциацией Малайи), состоявшими в альянсе с ОМНО, возродили опасения малайцев. Нежелание ОМНО прислушаться к мягкой критике внутри Альянса в итоге привело к ее ослаблению к 1969г. Китайско-малайское столкновение на Букит Мертаджам в 1964г. и забастовки на Пенанге (1968г.) должны были образумить правительство. Однако оно пребывало в эйфории и не предприняло никаких действий, уверенное в сокрушительной победе ОМНО над оппозицией на грядущих выборах 1969г. Накануне выборов 1969г. исламская оппозиция обвинила в продажности лидеров ОМНО китайцам, в то время как сами китайцы были недовольны недостаточными уступками в их пользу. Этническая поляризация и враждебность общества все более нарастала, а Закон о национальном языке еще более рассорил стороны. Молодое поколение малайцев не желало принять условий «межобщинного соглашения» и обвиняло «отцов-основателей» в политической мягкотелости. Так же, если не жестче, были настроены молодые китайцы.
Результат выборов продемонстрировал глубокое недовольство, существовавшее в стране. Несмотря на то, что оппозиция не смогла выдвинуть четкой программы, ее критика существующего положения привлекла большую часть населения.
13 мая 1969 г. в Куала Лумпуре начались межрасовые столкновения, поводом к началу которых стала организация сторонниками китайской оппозиции демонстрации в честь частичного успеха на выборах. Националистически настроенная малайская молодежь напала на демонстрантов-хуацяо, и столкновения охватили весь город.
14 мая 1969г. было объявлено чрезвычайное положение. Был создан Национальнай оперативный совет (НОС), а парламент распущен. Перестало функционировать правительство. Руководство Малайзии понимало, что необходимо пересмотреть межобщинный компромисс 1957г., однако не желало менять уже установившиеся принципы политики, в частности режим буржуазной парламентарной демократии. Начались поиски решения проблемы, в результате которых был разработан план НЭПа.
Dan bila ku cuba bukakan mataku
Dan hilang - Segala rupa yang telah ku bayang
Dan hilang - Segala rasa yang telah ku rasa
Dan hilang - Segala semua harapanku
Dan hilang - Cerita indah dalam tidurku
http://azizaholga.livejournal.com/
этой "негласной политике" следуют даже часные университеты.... как при приеме студентов так и при сдаче экзаменов. 
Для работодателя .... минимальное соотношение "буми" 60 на 40 и т.д..
