О настроениях малайских избирателей после 14-х всеобщих выборов в парламент
Добавлено: 06 окт 2018 16:13
Результаты всеобщих 14-х выборов в парламент были, без сомнения, неожиданными. Властные полномочия, в рамках конституционных процедур, были полностью утеряны коалицией, находившейся "у руля" бессменно практически 61 год. Становый хребет бывшей правящей коалиции Народного фронта (Barisan Nasional / BN) - партия UMNO - утеряла в том числе штат Джохор, где она и возникла в 1946г., а также считавшиеся ранее "своими" Негери Сембилан и Мелаку. На уровне заксобраний штатов UMNO удалось удержать за собой только Перлис и Паханг.
До 14-х выборов Народный фронт состоял из 13 партий, после них произошёл раскол, и десять мелких партий, представляющих различные группы избирателей Сабаха и Саравака, заявили о независимом статусе или перешли на сторону Союза надежды. Поименно, это:
четыре сабахские партии
– Организация объединённых народностей кадазан, дусун и мурут (Кадазан) (United Pasokmomogun Kadazandusun Murut Organisation (UPKO)) - 1 место в нижней палате парламента;
- Партия единства Сабаха (United Sabah Party / Parti Bersatu Sabah (PBS)) - 1 место;
- Народная партия единства Сабаха (United Sabah People’s Party / Parti Bersatu Rakyat Sabah (PBRS)) - 1 место;
- Либерально-демократическая партия (Liberal Democratic Party (LDP) / Ziyou Minzhu Dang) - 0 мест,
четыре саравакские партии
- Партия наследия объединённых коренных народов (United Traditional Bumiputera Party / Parti Pesaka Bumiputera Bersatu (PBB)) - 13 мест в нижней палате парламента;
- Партия единства народов Саравака (Sarawak United Peoples’ Party (SUPP) / Parti Rakyat Bersatu Sarawak (PRBS)) - 1 место;
- Народная партия Саравака (Sarawak People’s Party / Party Rakyat Sarawak (PRS)) - 3 места;
- Прогрессивная демократическая партия Саравака (Sarawak Progressive Democratic Party (SPDB)) - 2 места,
сформировавшие Альянс саравакских партий (Gabungan Parti Sarawak (GPS))
а также
- Народная прогрессивная партия Малайзии (People's Progressive Party / Parti Progresif Penduduk Malaysia (myPPP)) - 0 мест в нижней палате парламента;
- Всемалазийская партия народной инициативы (Геракан) (Malaysian People's Movement Party Gerakan / Party Gerakan Rakyat Malaysia (PGRM)) - 0 мест в нижней палате парламента.
Итого Народный фронт (Barisan Nasional / BN), уже после проведённых выборов в парламент страны, утерял 22 парламентария на федеральном уровне. На начало октября 2018г. в нём осталось лишь три партии:
- Объединённая малайская национальная организация (United Malays National Organisation (UMNO) / Pertubuhan Kebangsaan Melayu Bersatu (PEKEMBAR)) - 54 места в нижней палате парламента;
- Ассоциация малазийских китайцев (Malaysian Chinese Association (MCA) - 2 места;
- Конгресс малазийских индийцев (Malaysian Indian Congress (MIC)) - 1 место.
Однако же раскол продолжился и по внутрипартийной линии. На начало октября 2018г. 5 (пять) парламентариев от UMNO вышли из партии и объявили себя независимыми парламентариями, и фактически Народный фронт на сегодня насчитывает лишь 49+2+1 = 52 парламентария нижней палаты, причём 94% из них приходится на счёт UMNO.
Параллельно, в связи с требованиями Регистра общественных организаций (Registry of Societies (RoS)) к политическим партиям, UMNO столкнулась с необходимостью экстренного проведения внутрипартийных выборов на всех уровнях, т.к. это мероприятие неоднократно переносилось на всё более поздние сроки. Последние внутрипартийные выборы на всех уровнях, включая Верховный совет, состоялись в октябре 2013г. На сегодняшний день выборы запланированы на апрель 2019г.
О новой коалиции Союза надежды (Pakatan Harapan / PH) в составе 4+2 писалось неоднократно и ожидается, что любознательному читателю она известна как минимум в первом приближении. Это:
- Партия объединённых малазийских коренных народов (Malaysian United Indigenous Party / Parti Pribumi Bersatu Malaysia (PPBM / BERSATU)) - 13 мест в нижней палате парламента;
- Партия “Народная справедливость” (People’s Justice Party / Parti Keadilan Rakyat (PKR)) - 50 мест;
- Партия “Демократическое действие” (Democratic Action Party (DAP) / Parti Tindakan Demokratik) - 42 места;
- Исламская партия национального доверия (National Trust Islamic Party / Parti Amanah Negara (AMANAH)) - 11 мест,
совместно с союзнической партией "Наследие Сабаха" (Sabah Heritage Party / Parti Warisan Sabah (WARISAN)) - 8 мест
и с союзнической партией "Организация объединённых народностей кадазан, дусун и мурут (Кадазан) (United Pasokmomogun Kadazandusun Murut Organisation (UPKO / Kadazan)) - 1 место.
Суммируя, нынешняя нижняя палата парламента страны приняла на сегодня следующий вид:
- Союз надежды (Pakatan Harapan / PH) с двумя союзническими партиями - 125 парламентариев (в составе базовых четырёх партий - 116);
- Народный фронт (Barisan Nasional / BN) - 52;
- Альянс саравакских партий (Gabungan Parti Sarawak (GPS)) - 19;
- прочие партии и внепартийные (независимые) парламентарии - 8;
- а также Всемалазийская исламская партия (Parti Islam SeMalaysia / PAS) - 18.
Рассмотрим при сложившейся картине именно малайские ожидания, предпочтения и запросы, в послевыборной динамике.
После проведённых выборов сложилось впечатление, что голосование доминантно руководствовалось общественным запросом на перемены в плоскости социального обеспечения. Однако же, каково дальнейшее развитие националистических и религиозных мотиваций, отражаемых соответствующими политическими объединениями страны?
Подумаем об этом.
По данным Центра изучения общественного мнения Мердека (Merdeka Centre), от 65 до 73 процентов малайских голосов, в масштабе страны, распределились между Народным фронтом (фактически UMNO) и Всемалазийской исламской партией (PAS). Это означает, что в среднем 70% малайцев не поддержали Союз надежды. Эти данные верифицируются, т.к. национальная принадлежность избирателя в значительной мере определяется по его принадлежности к административной единице места проживания на уровне составных частей федерального избирательного округа, где процент национальных кластеров известен в точности. Для справки см. The Straits Times https://www.straitstimes.com/asia/se-as ... -way-split от 14 июня 2018г., The Malaysian Insight https://www.themalaysianinsight.com/s/56595 от 24 июня 2018г.
Подчеркну, эти данные касаются непосредственно момента выборов 9 мая. То же издание The Straits Times от 12 августа 2018г., оценивая первые сто дней нового правительства, обозначило, по данным той же Мердеки, более 50% малайской поддержки текушего курса - https://www.straitstimes.com/asia/se-as ... government .
Однако в более детальном рассмотрении видна обеспокоенность малайцев вопросами защиты их национальных и религиозных интересов (см. исследование Центра Ильхама (Ilham Centre), опубликовано изданием The Malaysian Insight https://www.themalaysianinsight.com/s/87555 , от 14 августа 2018г). При этом число респондентов в городах составляло 66%, в сельской местности 21% - а это значит, что обеспокоенность могла бы быть зафиксирована и на более высоком уровне в случае более репрезентативного охвата малайского села.
Несмотря на испытанный колоссальный, невиданный в истории удар, партия UMNO в лице своего нового президента Захида Хамиди заявляет о непрочности коалиции Союза надежды https://www.malaymail.com/s/1645493/sha ... d-predicts . Тем не менее, на сегодняшний день парламентарии покидают UMNO, а не правящую коалицию. С другой стороны не следует забывать, что 52 парламентария Народного фронта это далеко не нулевая сила, а также и то, что некоторые лица из состава руководства UMNO заявляют о своей поддержке в адрес Анвара Ибрагима (PKR) при том, что подчёркивают свою неразрывную связь с UMNO.
В перспективе, UMNO будет опираться и на бывших работников госаппарата, потерявших свои рабочие места после прихода новой коалиции. В наиболее общем виде этот вопрос обозначен изданием The Star в публикации от 15 мая 2018г. https://www.thestar.com.my/news/nation/ ... erminated/ . К окончанию текущего финансового года масштаб этой прослойки населения будет более очевиден, т.е. оценен статистически. Очень важно то, что политикой UMNO всегда был доминирующий найм на госслужбу граждан малайского происхождения и, автоматически, мусульманского вероисповедания. Если Союз надежды не учтёт этот фактор, UMNO не замедлит им воспользоваться в разрезе заявлений о защите малайских интересов.
Мимо невнимательного взора прошло мимо - а внимательный наблюдатель не преминул заметить - мероприятие, состоявшееся в Куала Лумпуре 28 июля 2018г. Это была демонстрация из двух тысяч человек, требующих соблюдения и защиты малайских прав (см. https://www.straitstimes.com/asia/se-as ... lay-rights ). Примечательна она не количеством участников, и даже не появлением на сцене общественных промалайских организаций правого толка, а совместным появлением ряда лидеров UMNO и Всемалазийской исламской партии PAS. Даже в краткосрочной перспективе это достаточно сильный сигнал, способный иметь последствия в средне- и долгосрочном развитии. Этот сигнал получил продолжение, например, в уже прямых заявлениях о будущем союзе PAS и UMNO - см. The Star https://www.thestar.com.my/news/nation/ ... he-making/ от 16 сентября 2018г.
А каковы будут последствия постепенного уменьшения объёмов и далее окончательного отказа от программы иждивенческого обеспечения малоимущих слоёв BR1M (см. The Star https://www.thestar.com.my/news/nation/ ... orking-sa/ от 26 августа 2018г), охватывающей свыше семи миллионов человек и затрагивающей прежде всего малайское село? Насколько эти последствия смогут в дальнейшем институционализироваться на уровне парламентских партийных союзов?
В самом общем виде разделение мнений в малазийском обществе можно провести по линии светский город - патриархальное село. Для приведения интересов этих двух частей к единому знаменателю необходим бы был совершенно новый модернизационный проект, согласующий требования социальной справедливости с национальными правами. Но особую сложность в этом уравнении добавляет религиозная составляющая, а именно ислам, конституционно неразрывно связанная как с вопросами социальной справедливости, так и с национальными правами. В этом состоят коренные реалии внутрималазийской политики.
Факторы малайского национального доминирования и ислама со стороны нынешней правящей коалиции в подавляющем объёме были предметом повестки Партии объединённых малазийских коренных народов (PPBM) и Исламской партии национального доверия (AMANAH), отколовшихся от UMNO и PAS соответственно и переключивших на себя значительную часть "протестного" электората. UMNO заявляет о неприятии сотрудничества светской PKR - партии урбанистического среднего класса - с PPBM, а PAS - о неприятии сотрудничества AMANAH с практически стопроцентно прокитайской DAP, причём PAS в вопросе религиозной составляющей занимает принципиально жёсткую позицию с момента своего образования в 1951г. В целом именно консервативное восприятие ислама среди малайцев постепенно и неуклонно повышается. Оценки, проводимые малазийскими центрами общественного мнения, спорны, и приводить здесь их не стану, но замечу, что по некоторым данным до 75% респондентов из числа этнических малайцев поддерживают введение худуда (вспомним федеральный закон 355 "О шариатских судах"), до 80% считают религиозную - в частности исламскую - идентичность основополагающей, до 90% полагают повышение религиозности положительным фактором. Читатели могут провести свои поиски самостоятельно и подтвердить либо опровергнуть эти утверждения. Причиной такого тренда в общественном сознании считается в том числе приток малайцев в 1970-х гг., обучавшихся в арабских странах - см. например подробную статью https://www.todayonline.com/world/asia/ ... rabisation от 16 июля 2016г. Такой подход не ограничивает ислам лишь духовной и нравственной сферой, но и актуализирует такие понятия как исламский банкинг, торгово-финансовые отношения и даже восприятие внешних игроков через призму предписаний ислама. Ранее UMNO учитывала этот фактор посредством политики ислам хадари и ислам васатыйя, и идеологический базис нынешней коалиции несомненно также должен учитывать эти явления. Здесь нелишне вспомнить, что Анвар Ибрагим был одним из основателей влиятельного АБИМ - Движения мусульманской молодёжи (Muslim Youth Movement of Malaysia (ABIM)) или, например, ДЖАКИМ - Департамент исламского развития (Department of Islamic Development (JAKIM)), был создан ещё Махатхиром Мохаммадом в период его предшествующего премьерства. Махатхир активно защищал концепцию фарду кифайя - т.е. индивидуальный вклад материально успешного мусульманина в благосостояние его отдельно взятой общины. Другой вопрос, что названные инструменты и подходы были созданы в совершенно другой политической обстановке, и на сегодня ситуация и комплект легализованных к принятию государственных решений участников кардинально изменился.
Здесь правящей коалиции надо было бы находить взаимопонимание с институтом султаната штатов и его представителями, имея в виду, например, удачный опыт экономического сотрудничества с султаном Джохора Ибрагимом Искандером (особая экономическая зона Iskandar Malaysia), а также вырабатывать другие пути, направленные на обеспечение своей устойчивости в интересах народа.
Малазийская внутренняя политика очень динамична, а искусство поддержания баланса и удовлетворения возможно всех ожиданий будет неотъемлемым маркером действительно успешных политических сил страны.
Конечно, каких-то из любителей страны написанное вряд ли заинтересуют - но это вполне понимается. Вероятно, в силу чисто академических интересов, тема представляет предмет для обсуждения малаеведами.
До 14-х выборов Народный фронт состоял из 13 партий, после них произошёл раскол, и десять мелких партий, представляющих различные группы избирателей Сабаха и Саравака, заявили о независимом статусе или перешли на сторону Союза надежды. Поименно, это:
четыре сабахские партии
– Организация объединённых народностей кадазан, дусун и мурут (Кадазан) (United Pasokmomogun Kadazandusun Murut Organisation (UPKO)) - 1 место в нижней палате парламента;
- Партия единства Сабаха (United Sabah Party / Parti Bersatu Sabah (PBS)) - 1 место;
- Народная партия единства Сабаха (United Sabah People’s Party / Parti Bersatu Rakyat Sabah (PBRS)) - 1 место;
- Либерально-демократическая партия (Liberal Democratic Party (LDP) / Ziyou Minzhu Dang) - 0 мест,
четыре саравакские партии
- Партия наследия объединённых коренных народов (United Traditional Bumiputera Party / Parti Pesaka Bumiputera Bersatu (PBB)) - 13 мест в нижней палате парламента;
- Партия единства народов Саравака (Sarawak United Peoples’ Party (SUPP) / Parti Rakyat Bersatu Sarawak (PRBS)) - 1 место;
- Народная партия Саравака (Sarawak People’s Party / Party Rakyat Sarawak (PRS)) - 3 места;
- Прогрессивная демократическая партия Саравака (Sarawak Progressive Democratic Party (SPDB)) - 2 места,
сформировавшие Альянс саравакских партий (Gabungan Parti Sarawak (GPS))
а также
- Народная прогрессивная партия Малайзии (People's Progressive Party / Parti Progresif Penduduk Malaysia (myPPP)) - 0 мест в нижней палате парламента;
- Всемалазийская партия народной инициативы (Геракан) (Malaysian People's Movement Party Gerakan / Party Gerakan Rakyat Malaysia (PGRM)) - 0 мест в нижней палате парламента.
Итого Народный фронт (Barisan Nasional / BN), уже после проведённых выборов в парламент страны, утерял 22 парламентария на федеральном уровне. На начало октября 2018г. в нём осталось лишь три партии:
- Объединённая малайская национальная организация (United Malays National Organisation (UMNO) / Pertubuhan Kebangsaan Melayu Bersatu (PEKEMBAR)) - 54 места в нижней палате парламента;
- Ассоциация малазийских китайцев (Malaysian Chinese Association (MCA) - 2 места;
- Конгресс малазийских индийцев (Malaysian Indian Congress (MIC)) - 1 место.
Однако же раскол продолжился и по внутрипартийной линии. На начало октября 2018г. 5 (пять) парламентариев от UMNO вышли из партии и объявили себя независимыми парламентариями, и фактически Народный фронт на сегодня насчитывает лишь 49+2+1 = 52 парламентария нижней палаты, причём 94% из них приходится на счёт UMNO.
Параллельно, в связи с требованиями Регистра общественных организаций (Registry of Societies (RoS)) к политическим партиям, UMNO столкнулась с необходимостью экстренного проведения внутрипартийных выборов на всех уровнях, т.к. это мероприятие неоднократно переносилось на всё более поздние сроки. Последние внутрипартийные выборы на всех уровнях, включая Верховный совет, состоялись в октябре 2013г. На сегодняшний день выборы запланированы на апрель 2019г.
О новой коалиции Союза надежды (Pakatan Harapan / PH) в составе 4+2 писалось неоднократно и ожидается, что любознательному читателю она известна как минимум в первом приближении. Это:
- Партия объединённых малазийских коренных народов (Malaysian United Indigenous Party / Parti Pribumi Bersatu Malaysia (PPBM / BERSATU)) - 13 мест в нижней палате парламента;
- Партия “Народная справедливость” (People’s Justice Party / Parti Keadilan Rakyat (PKR)) - 50 мест;
- Партия “Демократическое действие” (Democratic Action Party (DAP) / Parti Tindakan Demokratik) - 42 места;
- Исламская партия национального доверия (National Trust Islamic Party / Parti Amanah Negara (AMANAH)) - 11 мест,
совместно с союзнической партией "Наследие Сабаха" (Sabah Heritage Party / Parti Warisan Sabah (WARISAN)) - 8 мест
и с союзнической партией "Организация объединённых народностей кадазан, дусун и мурут (Кадазан) (United Pasokmomogun Kadazandusun Murut Organisation (UPKO / Kadazan)) - 1 место.
Суммируя, нынешняя нижняя палата парламента страны приняла на сегодня следующий вид:
- Союз надежды (Pakatan Harapan / PH) с двумя союзническими партиями - 125 парламентариев (в составе базовых четырёх партий - 116);
- Народный фронт (Barisan Nasional / BN) - 52;
- Альянс саравакских партий (Gabungan Parti Sarawak (GPS)) - 19;
- прочие партии и внепартийные (независимые) парламентарии - 8;
- а также Всемалазийская исламская партия (Parti Islam SeMalaysia / PAS) - 18.
Рассмотрим при сложившейся картине именно малайские ожидания, предпочтения и запросы, в послевыборной динамике.
После проведённых выборов сложилось впечатление, что голосование доминантно руководствовалось общественным запросом на перемены в плоскости социального обеспечения. Однако же, каково дальнейшее развитие националистических и религиозных мотиваций, отражаемых соответствующими политическими объединениями страны?
Подумаем об этом.
По данным Центра изучения общественного мнения Мердека (Merdeka Centre), от 65 до 73 процентов малайских голосов, в масштабе страны, распределились между Народным фронтом (фактически UMNO) и Всемалазийской исламской партией (PAS). Это означает, что в среднем 70% малайцев не поддержали Союз надежды. Эти данные верифицируются, т.к. национальная принадлежность избирателя в значительной мере определяется по его принадлежности к административной единице места проживания на уровне составных частей федерального избирательного округа, где процент национальных кластеров известен в точности. Для справки см. The Straits Times https://www.straitstimes.com/asia/se-as ... -way-split от 14 июня 2018г., The Malaysian Insight https://www.themalaysianinsight.com/s/56595 от 24 июня 2018г.
Подчеркну, эти данные касаются непосредственно момента выборов 9 мая. То же издание The Straits Times от 12 августа 2018г., оценивая первые сто дней нового правительства, обозначило, по данным той же Мердеки, более 50% малайской поддержки текушего курса - https://www.straitstimes.com/asia/se-as ... government .
Однако в более детальном рассмотрении видна обеспокоенность малайцев вопросами защиты их национальных и религиозных интересов (см. исследование Центра Ильхама (Ilham Centre), опубликовано изданием The Malaysian Insight https://www.themalaysianinsight.com/s/87555 , от 14 августа 2018г). При этом число респондентов в городах составляло 66%, в сельской местности 21% - а это значит, что обеспокоенность могла бы быть зафиксирована и на более высоком уровне в случае более репрезентативного охвата малайского села.
Несмотря на испытанный колоссальный, невиданный в истории удар, партия UMNO в лице своего нового президента Захида Хамиди заявляет о непрочности коалиции Союза надежды https://www.malaymail.com/s/1645493/sha ... d-predicts . Тем не менее, на сегодняшний день парламентарии покидают UMNO, а не правящую коалицию. С другой стороны не следует забывать, что 52 парламентария Народного фронта это далеко не нулевая сила, а также и то, что некоторые лица из состава руководства UMNO заявляют о своей поддержке в адрес Анвара Ибрагима (PKR) при том, что подчёркивают свою неразрывную связь с UMNO.
В перспективе, UMNO будет опираться и на бывших работников госаппарата, потерявших свои рабочие места после прихода новой коалиции. В наиболее общем виде этот вопрос обозначен изданием The Star в публикации от 15 мая 2018г. https://www.thestar.com.my/news/nation/ ... erminated/ . К окончанию текущего финансового года масштаб этой прослойки населения будет более очевиден, т.е. оценен статистически. Очень важно то, что политикой UMNO всегда был доминирующий найм на госслужбу граждан малайского происхождения и, автоматически, мусульманского вероисповедания. Если Союз надежды не учтёт этот фактор, UMNO не замедлит им воспользоваться в разрезе заявлений о защите малайских интересов.
Мимо невнимательного взора прошло мимо - а внимательный наблюдатель не преминул заметить - мероприятие, состоявшееся в Куала Лумпуре 28 июля 2018г. Это была демонстрация из двух тысяч человек, требующих соблюдения и защиты малайских прав (см. https://www.straitstimes.com/asia/se-as ... lay-rights ). Примечательна она не количеством участников, и даже не появлением на сцене общественных промалайских организаций правого толка, а совместным появлением ряда лидеров UMNO и Всемалазийской исламской партии PAS. Даже в краткосрочной перспективе это достаточно сильный сигнал, способный иметь последствия в средне- и долгосрочном развитии. Этот сигнал получил продолжение, например, в уже прямых заявлениях о будущем союзе PAS и UMNO - см. The Star https://www.thestar.com.my/news/nation/ ... he-making/ от 16 сентября 2018г.
А каковы будут последствия постепенного уменьшения объёмов и далее окончательного отказа от программы иждивенческого обеспечения малоимущих слоёв BR1M (см. The Star https://www.thestar.com.my/news/nation/ ... orking-sa/ от 26 августа 2018г), охватывающей свыше семи миллионов человек и затрагивающей прежде всего малайское село? Насколько эти последствия смогут в дальнейшем институционализироваться на уровне парламентских партийных союзов?
В самом общем виде разделение мнений в малазийском обществе можно провести по линии светский город - патриархальное село. Для приведения интересов этих двух частей к единому знаменателю необходим бы был совершенно новый модернизационный проект, согласующий требования социальной справедливости с национальными правами. Но особую сложность в этом уравнении добавляет религиозная составляющая, а именно ислам, конституционно неразрывно связанная как с вопросами социальной справедливости, так и с национальными правами. В этом состоят коренные реалии внутрималазийской политики.
Факторы малайского национального доминирования и ислама со стороны нынешней правящей коалиции в подавляющем объёме были предметом повестки Партии объединённых малазийских коренных народов (PPBM) и Исламской партии национального доверия (AMANAH), отколовшихся от UMNO и PAS соответственно и переключивших на себя значительную часть "протестного" электората. UMNO заявляет о неприятии сотрудничества светской PKR - партии урбанистического среднего класса - с PPBM, а PAS - о неприятии сотрудничества AMANAH с практически стопроцентно прокитайской DAP, причём PAS в вопросе религиозной составляющей занимает принципиально жёсткую позицию с момента своего образования в 1951г. В целом именно консервативное восприятие ислама среди малайцев постепенно и неуклонно повышается. Оценки, проводимые малазийскими центрами общественного мнения, спорны, и приводить здесь их не стану, но замечу, что по некоторым данным до 75% респондентов из числа этнических малайцев поддерживают введение худуда (вспомним федеральный закон 355 "О шариатских судах"), до 80% считают религиозную - в частности исламскую - идентичность основополагающей, до 90% полагают повышение религиозности положительным фактором. Читатели могут провести свои поиски самостоятельно и подтвердить либо опровергнуть эти утверждения. Причиной такого тренда в общественном сознании считается в том числе приток малайцев в 1970-х гг., обучавшихся в арабских странах - см. например подробную статью https://www.todayonline.com/world/asia/ ... rabisation от 16 июля 2016г. Такой подход не ограничивает ислам лишь духовной и нравственной сферой, но и актуализирует такие понятия как исламский банкинг, торгово-финансовые отношения и даже восприятие внешних игроков через призму предписаний ислама. Ранее UMNO учитывала этот фактор посредством политики ислам хадари и ислам васатыйя, и идеологический базис нынешней коалиции несомненно также должен учитывать эти явления. Здесь нелишне вспомнить, что Анвар Ибрагим был одним из основателей влиятельного АБИМ - Движения мусульманской молодёжи (Muslim Youth Movement of Malaysia (ABIM)) или, например, ДЖАКИМ - Департамент исламского развития (Department of Islamic Development (JAKIM)), был создан ещё Махатхиром Мохаммадом в период его предшествующего премьерства. Махатхир активно защищал концепцию фарду кифайя - т.е. индивидуальный вклад материально успешного мусульманина в благосостояние его отдельно взятой общины. Другой вопрос, что названные инструменты и подходы были созданы в совершенно другой политической обстановке, и на сегодня ситуация и комплект легализованных к принятию государственных решений участников кардинально изменился.
Здесь правящей коалиции надо было бы находить взаимопонимание с институтом султаната штатов и его представителями, имея в виду, например, удачный опыт экономического сотрудничества с султаном Джохора Ибрагимом Искандером (особая экономическая зона Iskandar Malaysia), а также вырабатывать другие пути, направленные на обеспечение своей устойчивости в интересах народа.
Малазийская внутренняя политика очень динамична, а искусство поддержания баланса и удовлетворения возможно всех ожиданий будет неотъемлемым маркером действительно успешных политических сил страны.
Конечно, каких-то из любителей страны написанное вряд ли заинтересуют - но это вполне понимается. Вероятно, в силу чисто академических интересов, тема представляет предмет для обсуждения малаеведами.